Easing-season встречается с сырьево-облигационной рефляцией

Класс для одной ленты

Историческая заметка о режимах рассматривала дефляцию как последнюю фазу волны дезинфляции, которая началась после того, как предыдущий инфляционный эпизод сошёл на нет. Эта волна была наиболее заметна сначала в длительном сырьевом медвежьем рынке, а затем в компаниях с плечом из секторов технологий и телекоммуникаций.

Задача класса — не пересказывать этот медвежий рынок как историю одного актива. Нужно датировать easing-season, решить, сформировался ли на самом деле reflation-regime, и оставить торговые барьеры на своём месте как событийные оверлеи.

Сначала датируйте easing-season

Easing-season — это ограниченное календарём окно политики, которое начинается с целенаправленной официальной кампании снижения ставки. Его принято оценивать спустя несколько месяцев, а не по первому снижению.

Та же заметка использовала обычный лаг от первого официального снижения ставки до ожидаемого облегчения в экономике или на рынке акций. Существенно позже начала последней кампании фондовые средние всё ещё были ниже, чем до снижений.

Более ранние окна целенаправленных снижений были суммированы как случаи, в которых промышленный индекс был выше к моменту оценки окна. Последнее окно снижений было представлено как противоположный случай: ставка политики была снижена на протяжении этой целенаправленной кампании, тогда как промышленный индекс, широкий индекс крупных компаний и индекс с большим весом технологий все закончили ниже.

Дождитесь commodity-bond-confirmation

Reflation-regime — это кросс-рыночное состояние, в котором более мягкая политика, рост цен на сырьевые товары и ослабление долгосрочных государственных облигаций совместно означают, что инфляционный риск возвращается. Commodity-bond-confirmation — это двухрыночная проверка, которая закрепляет этот ярлык. Рост сырьевых товаров считается более информативным, когда государственные облигации длинной дюрации дешевеют сопоставимыми темпами.

Та же заметка говорила, что центробанк США сигнализировал о готовности допустить кратковременный восходящий дрейф инфляции, если это восстановит ценовую власть корпораций, и что он не станет спешить повышать краткосрочные ставки при первых признаках инфляции, размывающей доллар.

Ценовые снимки, предложенные как свидетельство рефляции, включали широкий сырьевой индекс выше более раннего минимума, при этом нефть, медь и индекс акций золота и серебра также были выше. Резкая распродажа долгосрочных государственных облигаций была представлена как подтверждение того, что инфляционный риск снова допускается. Рост сырья и снижение облигаций были описаны как столь же резкие.

Рассматривайте протекционизм как оверлей

Новые тарифы на сталь и защита лесоматериалов, плюс иностранные ответные меры по сельхозтоварам, рассматривались как event-driven-protectionism. Это тариф, квота или ответный торговый барьер, обрабатываемый как дискретный шок, а не как отдельная история режима.

Эти шоки описывались как способные послать инфляционные волны через обрабатывающую промышленность и вызвать дополнительные торговые барьеры. В этом классе они лежат поверх карты easing-season и reflation-regime, а не заменяют её.

Две оговорки оставляют карту акций открытой

К медвежьей карте акций после easing были прикреплены две оговорки.

Если валюта оставалась в состоянии deflation-overvaluation, то есть слишком сильной относительно товаров и услуг, рост краткосрочных доходностей, особенно при падении долгосрочных, мог совпадать с более крепкими акциями. Такое прочтение также сжимает ценовую власть и повышает реальное бремя долга.

Продолжающаяся рефляция могла благоприятствовать производителям сырья и сырьевым развивающимся рынкам.